Руслан Сулейманов: «Талибы сами пилят сук, на котором сидят» – ИНТЕРВЬЮ

«Новая Эпоха» представляет интервью со специалистом по Ближнему Востоку Русланом Сулеймановым.

— Руслан, добрый день. Позвольте поблагодарить вас за то, что уделили время нашему изданию.

Благодарю за приглашение.

— Расскажите, пожалуйста, немного о себе.

— Я выпускник факультета мировой политики Московского Государственного Университета имени М. В. Ломоносова. Специализируюсь на странах Ближнего Востока. До весны 2022 года работал в российском информационном агентстве ТАСС, был старшим корреспондентом в Каире. Сейчас живу в Баку, сотрудничаю, в частности, с телеканалом CBC-Azerbaijan и дипломатической академией ADA.

Насколько нам известно, вы посещали Афганистан. Как и чем живет страна? Какова общая атмосфера и насколько изменилась страна под властью «Талибана»?

— Экономическая ситуация крайне тяжелая, примерно 2/3 40-миллионного Афганистана живут за чертой бедности. Но, с другой стороны, там закончилась гражданская война, длившаяся порядка сорока лет. Талибы контролируют всю афганскую территорию, а любые очаги сопротивления подавлены.

— Что изменилось? Как сами жители восприняли данный факт?

— Несмотря на тяжелую экономическую ситуацию, люди, много лет жившие в состоянии войны, сейчас готовы многое простить «Талибану». Но я полагаю, что это до поры до времени. Чем более трудной будет экономическая обстановка, чем дольше будет продолжаться международная изоляция Афганистана, тем выше вероятность так называемых голодных бунтов в стране.

— В одном из интервью, глава «Талибана» отметил, что в этот раз многое измениться, так как они пересмотрели свои приоритеты и даже позволят женскому населению получать образование. Так ли это? Исполнили ли они хоть одно из своих обещаний?

— Насколько я знаю, Хайбатулла Ахундзада, который носит титул эмира «Исламского эмирата Афганистан», не дает интервью. Но, представители «Талибана» действительно поначалу давали обещания о том, что они изменились за прошедшие двадцать лет.

Главное отличие нынешних талибов от тех, что были у власти в 1996-2001 годах, пожалуй, в том, что они стали более снисходительны к соблюдению тех запретов, которые сами же и устанавливают.

Скажем, формально сейчас все афганские женщины должны полностью покрывать лицо, то есть носить бурку. Но подавляющее большинство женщин (во всяком случае, в Кабуле) не соблюдают этот запрет, а талибы смотрят на это сквозь пальцы.

Также введены запреты на работу и на образование для представительниц прекрасного пола. За это талибов критиковали даже их союзники в мусульманском мире – например, Турция и Катар.

Но пока что в «Талибане» последнее слово остается за представителями наиболее жесткого крыла во главе с Хайбатуллой Ахундзада, который, например, в свое время сделал из своего сына террориста-смертника.

— Два года назад в СМИ появилась информация о том, что люди умирают с голоду и готовы на все, даже продать свои почки ради еды. Насколько правдива данная информация?

— Люди действительно умирают с голоду, потому что международная помощь сокращается. Про Афганистан, вообще, как будто забыли в последнее время. Многие действительно вынуждены торговать и органами, и детьми и идти на другие крайние меры.

— Вы побывали в афганской тюрьме. Каковы были обстоятельства вашего пребывания там? За что вас поместили туда? Каким было отношение со стороны талибов к вам?

— Меня задержали за фотографирование на одной из центральных площадей Кабула, в день второй годовщины вхождения талибов в афганскую столицу. Отношение было предельно корректным. В тюрьме меня продержали почти трое суток. Выясняли мою личность, проверяли документы.

И я ещё довольно легко отделался. Знаю, некоторые журналисты проводят в афганских тюрьмах по несколько месяцев, а то и по несколько лет.

— Что слышно о Ахмад Масуде?

— Он ездит преимущественно по западным странам, в прошлом году посещал также Россию. Встречается с местными политиками, устраивает пресс-конференции, на которых критикует талибов.

Но пока что Фронт национального сопротивления (ФНС), который он возглавляет, является скорее виртуальной структурой. Ни в каких серьезных боевых действиях он не участвует.

— Как мировое сообщество реагирует на смену власти (приход талибов к власти) в Афганистане?

— До сих пор ни одна страна мира не признала сформированный талибами временный кабмин, в который вошли исключительно представители «Талибана» и в основном пуштуны – представители этнического большинства Афганистана.

Международное сообщество настаивает на изменении состава правительства с включением в него всех этнических меньшинств. Но пока что талибы непреклонны. Для них любые уступки международному сообществу – это слабость.

Парадоксальной остается ситуация с афганскими посольствами. Почти во всех из них по-прежнему остаются атрибуты уже не существующего государства – Исламской Республики Афганистан (ИРА). В Баку, кстати, тоже над афганским посольством развевается флаг ИРА. Но в некоторых странах уже аккредитованы представители «Талибана» – например, в России и Иране. Китай даже аккредитовал нового посла, предложенного талибами.

Но, в Организации Объединенных Наций по-прежнему действует представитель свергнутого правительства Афганистана. И некоторые афганские посольства (например, в Таджикистане) не признают власть талибов и отказываются от сотрудничества с ними.

— Что будет дальше на ваш взгляд? Каково будущее Афганистана?

— Пока что нет оснований говорить о том, что ситуация может как-то измениться к лучшему. Талибы сами пилят сук, на котором сидят, например, когда запрещают деятельность неправительственных организаций в стране. Это сильно осложняет доставку медикаментов, продуктов питания, реализацию образовательных услуг.

На счастье талибов от прежнего правительства им достался довольно сильный экономический блок, в котором трудятся специалисты с качественным западным образованием. Благодаря им у Афганистана растут показатели экспорта и импорта, а национальная валюта афгани с 15 августа 2021 года укрепилась уже почти на 20%.

Но этого недостаточно для решения проблемы с голодом. В сентябре прошлого года Всемирная продовольственная программа ООН признала, что вынуждена сократить помощь афганцам – в результате общее число людей, остающихся без какой-либо поддержки, уже превысило 10 млн.

Единственной же реальной угрозой для талибов остаются сами талибы. У них довольно атомизированная структура, внутри которой много противоречий и конфликтов.

Так, в феврале прошлого года глава МВД в правительстве талибов Сираджуддин Хаккани разразился критикой в адрес верховного лидера движения за принятие им многих решений без консультаций с другими членами «Талибана».

Но по-настоящему серьезные изменения будут возможны лишь тогда, когда сменится верховный руководитель талибов. И тот факт, что Хайбатулла Ахундзада, согласно многочисленным утечкам, сейчас тяжело болен, указывает на то, что изменения могут произойти уже довольно скоро.

-Благодарю вас за интересный разговор.

— С удовольствием ответил на вопросы. Спасибо.

Джамиля Чеботарёва

www.novayaepoxa.com

518